December 11th, 2009

2018

Медицина как наука

Каждый раз, когда Юлька слышит по телевизору слова «рак мозга», она начинает возмущаться: «Рак это опухоль эпителия. В мозге эпителия нет».

В ответ на мои дилетантские расспросы почему рак так связан с эпителием, я получил длинную лекцию, из которой понял одно: любое умное медицинское название заболевания состоит из корня - что болит, и суффикса — как болит. Например опухоль из жировой ткани это липома, а злокачественная опухоль из неё же - липосаркома. Другая опухоль, например в кости, это остеома, а в той же кости, но злокачественная — остеосаркома. Есть у них и другие градации: артрит - это воспаление сустава,а артроз - дегенеративные изменения в суставе. (Честно говоря, я после каждого написанного слова бегаю к Юльке консультироваться, чтобы не написать глупость).

С моим «библиографическим» складом ума, мне всегда казалось, что задача науки есть поиск общих закономерностей, проявляющихся на фоне частностей. По отношению к медицинской науке я ожидал выведения законов, которые бы привели все «липо...» и все «...саркомы» к одному знаменателю.

Когда я узнал, как защищаются кандидаты и доктора медицинских наук, я был поражен. Они занимаются делением общего на части. Они анализируют сотни историй болезни и собирают статистику: «В 30% случаев сопутствующим заболеванием было...»; «В 10% случаев происходило отторжение...». Большого, завершающего вывода - “А все потому, что мы имеем дело с новым законом природы» - там нет. (И не дай бог неподготовленному человеку попасть на научную медицинскую конференцию — длинные ряды цифр, монотонно зачитываемые со слайдов, способны повергнуть его в нездоровый сон, сродни «цыганскому гипнозу»).

Честно говоря, я полностью уверился, что «кандидат/доктор медицинских наук», это просто искусственно введенное звание, чтобы врачам не было обидно. Добила меня молодая женщина стоматолог, которая, просверлив мне зуб, спросила: “Я в карточке прочитала, что вы из Института математики. Вы не могли бы помочь посчитать статистику? Я уже 200 случаев собрала, а мне сказали, что для защиты еще какая-то статистика нужна».

И вот, вдруг, сегодня утром на меня свалилось понимание – медицинская наука сродни математической теории распознавания образов.

С точки зрения математики «распознавание образов» это совсем не узнавание лиц на фотографиях, а деление некоего множества на подмножества по определенному критерию. Причем математики бьются не над тем, как поделить, а над тем, как точно сформулировать этот критерий, чтобы разделение прошло чисто. Собственно, слово «распознавание» означает поиск признаков, которые позволили бы «опознать» элементы одного из подмножеств среди общей массы.

Так вот, медицина, как наука, пытается разделить все наши болячки на группы, для которых придуманы стандартные методы лечения. Потом внутри каждой группы пытаются выделить более мелкие: те, которые лечатся хорошо и те, которые лечатся плохо. Для тех, которые лечатся плохо, начинают искать новые методы. И снова делят. Методы, которые помогают лучше - отдельно, которые помогают хуже - отдельно.

Человек - слишком сложная система, а «распознавание образов» помогает найти закономерности даже тогда, когда точные формулы неизвестны (мне даже кажется, что невозможны).

P.S.
Кроме науки есть еще и искусство.
Очень понравился кусочек фиг знает какого сериала.
Гениального врача ЗК привозят из зоны для осмотра большого партийного начальника, впавшего в кому:
- Он стонал?
- Стонал.
- Как стонал? О-о-о или Ы-ы-ы?
- Ы-ы-ы.
- Саркома. Протянет не дольше недели.

P.P.S
Самое интересное, что в диалог из сериала демонстрирует процесс разделения болезней по признакам. Врач уже нашел ту группу болезней, которой может болеть пациент. Тип стона - это последние данные, которые были необходимы для точного разделения множества. К сожалению для пациента, он попал в подмножество "скорая смерть".